Испытание в виде субботнего подъема в 5 утра далось с трудом. Проклиная себя за еще вчера казавшуюся гениальной, а сегодня — бездарной идею побывать на настоящей охоте, «заваливаемся» на заднее сиденье уазика. Едем в лес. В ухо дышат две лайки — Кучум и Рик. Они — самые нетерпеливые участники предстоящего мероприятия. Собаки возбуждены, суетятся и лают без умолку. Эмоции псов способен усмирить лишь окрик их хозяина — Игоря Анатольевича. Он рассказывает, что на охоту ездит едва ли не каждую субботу. И так уже более тридцати лет.
 

— В пятом классе мне дед одностволку подарил — Иж-17. С тех пор все и началось, — улыбается охотник.

— Ребенком на охоту ходили?

— А что? Я ж вырос в деревне! Сначала с дедом, а в лет 15 уже и один, бывало. Это сейчас куча проблем и бумаг: разрешение на ружье, разрешение на охоту, охотничий билет, путевка. А раньше — никакой бюрократии. Пошел в лес — что поймал, то твое, — лихо заворачивает руль Игорь Анатольевич, и мы уже не на асфальте, а на лесной поляне.


Здесь будем поджидать других участников нашей охоты. Все они — старые проверенные временем друзья. Вместе работают, вместе отдыхают семьями и вместе ездят на охоту. Чужаков в свою компанию не берут.

— На охоте важна слаженность в действиях, а еще — доверие. Мы все друг друга знаем не первый год, поэтому проблем не возникает, — поясняет Игорь Анатольевич.

Ждать долго не приходится. В течение десяти минут все друзья-охотники на месте.

Егерь, представившийся Юрием Анатольевичем, переживает: людей сегодня маловато, вместе с нами — 7 человек, но мы не в счет. Пока он заполняет путевки, рассматриваем охотничье оружие.


Среди чешских чезетов и российских ижей, снабженных увесистыми оптическими прицелами, попадаются и ружья штучного изготовления, с индивидуальным клеймом мастера, и старенькие безродные двустволки. И все-таки вопрос престижности оружия для большинства охотников не принципиален. Престижно то, которое попадает в зверя.


Охотиться сегодня будем загонным способом. Принцип такой охоты прост: несколько загонщиков с собаками должны выгнать зверя на участок, где находятся стрелки. Задача последних — не промазать. Это один из самых увлекательных, но и самых опасных видов охоты.

Собаки сходят в машинах с ума и рвутся в бой. Но охотники не спешат. Сначала нужно составить план действий. Первым делом — определить, кто идет в загон, а кто станет на стрелковую линию. Во время обсуждения возникают споры. Но последнее слово за егерем. Юрий Анатольевич вырос в лесу, потомственный охотник, ходил даже на медведя, а потому его авторитету здесь принято доверять.


Затем охотники смотрят на верхушки деревьев: определяют направление ветра; зверь всегда идет против него, следовательно, становиться загонщику нужно так же. Затем компания выбирает место проведения охоты. Оказывается, в лесных трущобах, как и в городских, имеются свои кварталы и охотники в них отлично ориентируются.

Напоследок егерь читает лекцию по технике безопасности, но она, скорее, для журналистов. Все. Можно ехать.

И тут мы впервые увидели, на что способен российский внедорожник. Полуметровые колеи уазики преодолевали играючи, заставив своих владельцев немного понервничать, лишь когда на бездорожье появился песок. В целом же лесную грязь и топь автомобили прошли отлично.


После многокилометровой тряски, наконец, высаживаемся и расходимся по номерам. Нас просят держать язык за зубами и не наступать на сухие ветки. В общем, пробираться сквозь чащу как можно тише.

— Надеюсь, духами не пользовались, — строго осматривает нас Игорь Анатольевич.

— Обижаете! — шипим от возмущения.

— У кабана очень развито обоняние. Видит он плохо, зато запахи чувствует за версту. Если унюхает неладное, засядет в болоте, и никакие собаки его оттуда не выгонят.

Впрочем, у охотника нюх не хуже, чем у самого опытного секача.

— Слышите? Кабаном пахнет. Совсем рядом.

Вовсю раздуваем ноздри, но, кроме запаха осеннего леса, ничего учуять не удается.

Охотник приказывает притаиться за деревом и объясняет, что так мы будем в безопасности:

— Главное оружие кабана — его клыки. Будет бежать — распорет, не успеешь и вякнуть. Особенно опасны и непредсказуемы подранки. Поэтому лучше стоять возле дерева, за которое в случае чего можно спрятаться.


И Игорь Анатольевич нашептывает нам историю о том, как однажды раненое животное пересчитало ему ребра.

— Он бежит прямо на меня, совсем рядом, в трех метрах (а бегает кабан быстро), я целюсь и назад отступаю, и в этот момент оступаюсь, падаю, и он всеми своими ста пятьюдесятью килограммами по мне ка-а-ак прошелся… Честно скажу, не очень приятно.

После таких охотничьих признаний для засады инстинктивно выбираем дерево потолще.

— Слышите? Собаки заработали, — снимает с плеча ружье охотник.

Это значит, что уже через несколько минут есть шансы увидеть кабана. Вслушиваемся в лесную тишину, от волнения забывая дышать. Но вот собаки замолкают. Мы еще долго стоим не шевелясь. Наконец, когда после получасового ожидания Игорь Анатольевич закуривает, становится ясно: загон не удался.


Охотник созванивается с коллегами. Решено сменить место. Переезжаем на другой квартал. Уже без лишних наставлений молча идем к номерам, прислоняемся к деревьям и замираем. Каждый думает о чем-то своем. Сложно сказать, сколько проходит времени. Лесной воздух умиротворяет, красота природы призывает забыть про опасные кабаньи клыки и вспомнить школьный курс русской поэзии XIX века.

— Собаки не работают. Пусто, — прерывает наш лирический полет охотник, и мы снова направляемся к машинам.


Перед третьим загоном решено провести небольшую планерку.

Неудачи на охоте, конечно, случаются, но почему они преследуют нас сегодня, непонятно. Все тропы в округе изрыты. Зверь рядом, и охотники это чувствуют. Решено поменять загонщиков и собак.


И лишь собаки еще на что-то надеются.


Мы явно расстроены. Охотники улыбаются:

— А что вы думали? Каждая охота с добычей? Мы ж не за мясом сюда пришли, а ради самого процесса. Сегодня не повезло.

На часах время обеда. Такими голодными мы еще в жизни не были. Охотники обещают все исправить. И везут нас в свою лесную столовую. Здесь есть все необходимое: пень-стол и пни-стулья. За считанные минуты появляется костер.


Пень-стол заставляется прихваченными охотниками из дому блюдами. А на сковороде уже что-то шкворчит.


Кстати, из напитков на столе только компот и кофе. Не то чтобы никто не пьет. Просто все за рулем. Так что бывает и такая охота.

За трапезой охотники анализируют, почему удача сегодня от них отвернулась.

— В первом загоне он был рядом.

— Нужно было не полениться и в болото сунуться.

— Как туда сунешься? Там же воды по пояс! Пока не придут морозы, толку не будет…


Мы уплетаем жареное сало и думаем: «Как же хорошо, что охота получилась такой, какой получилась. Ведь и звери целы, и мы сыты, и читающие этот репортаж защитники животных довольны».